Menu

Геннадий Гуфман: «Все конфликты в Днепре – рукотворные»

29.01.2017 - Новости

«Третейский судья» Геннадий Гуфман рассказал «Комментариям» о конфликтах и скандалах в Днепре между силовиками, чиновниками и бизнесменами, и кто за ними стоит

Противостояние между мэрией Днепра и значительной частью его жителей периодически разрастается настолько, что грозит превратить мирный город в поле боя между чиновниками и предпринимателями. К решению конфликтов всё чаще привлекаются муниципальные «силовики», а городские общественники и бизнесмены вынуждены искать третейского судью в Администрации Президента, в ведомствах Луценко и Авакова. Ситуация все больше привлекает внимание национальных СМИ, ведь впору говорить том, что конфликт перерастает в горячую активную фазу

Опрошенные нами бизнесмены Днепра уверенно говорят о том, что в этом конфликте нет политики, в его основе – передел рынка. При этом речь идет и о рынке бюджетных подрядов, и об обычном частном бизнесе.

В разговорах часто проводились удивившие нас параллели – как те или иные проблемные вопросы решались раньше и сегодня. На главный вопрос о том, возможен ли баланс интересов, несколько собеседников не сговариваясь отправили нас «побеседовать с умным человеком», определив, таким образом, экс-депутата горсовета Геннадия Гуфмана.

У Геннадия Леонидовича в публичном пространстве двоякое реноме. С одной стороны, его обоснованно привязывают к власти «регионалов» и старым скандалам с коммунальной собственностью, с другой стороны – утверждают, что Гуфман и при старой, и при новой власти одинаково является неким «серым кардиналом», к которому идут за советом и помощью. Пришли к нему с простыми вопросами и мы. Не зря пришли, потому что в итоге удалось увидеть и понять одну из главных причин городских скандалов и конфликтов.

 

— Геннадий Леонидович, вы сегодня даже не вошли в состав горсовета, не ведете публичной политической деятельности, почему вас в городе называют политиком?

— Не знаю. Я больше похозяйствовать…

— А так бывает? У нас и хозяйство «идеологическое», есть бизнесмены- «регионалы» и бизнесмены – «укроповцы», одни мечтают о реванше, другие думают о том, как выполнить свои обещания. Городские выборы год назад были на все сто процентов идеологическими. Помните, что было написано на билбордах?

— А какая идеология в городском хозяйстве? Какая разница, с какой идеологией ремонтируются дороги? Что, дорога которую положил «Укроп» стала зеленой, а дорога «Оппоблока» — синей? Какая разница? Тут идеология одна – когда берешь деньги, чтобы положить дорогу, ты, понятно, зарабатывай, но дорогу –  положи. И она должна остаться дорогой на следующий год. Так и во всем остальном. Идеология – это в день выборов, когда людям мозги пудрят. На идеологию повелись, но так и не поняли, кого выбрали. Того, кто будет класть дороги или того, кто будет только в карман класть.

— А вы поняли? Вы сегодня общаетесь с избранными? У вас нет разногласий?

— Общаюсь. Разногласия есть. Но общение это не публичное, и я его на публику выносить не буду.

— Значит, можно предположить, что и у вас есть конфликт. В чем его корни? Почему предприниматели города ополчились на городскую власть, а власть – на предпринимателей? Это идеологический вопрос? 

— Нет, не идеологический. Это вопрос о кредите доверия, который жители города дали власти, и о том, как власть этот кредит возвращает. Само слово «кредит» прямо намекает на то, что речь идет об экономических и финансовых интересах и об их балансе.

Есть ли у меня конфликты с властью? Могу сказать – да, могу сказать – нет. И то, и другоебудет правдой. Можно ли эти конфликты решить? Да. Хочу ли я это сделать и добиться преференций? Нет. Непубличные преференции – это зависимость. Цена большая, а гарантий – никаких. Я в такие игры не играю, я умею считать больше, чем до пяти.

Суть конфликта – в непубличности принятия решений и в непонимании смысла слова «компромисс». Город может работать как справедливый механизм или быть полем для конфликтов. Идея создания властных монополий изначально обречена на конфликтность.

Есть три стороны – власть, бизнес и город. В выигрыше от компромисса, от сотрудничества, от контрактов должны быть все три стороны. Город получит изменения к лучшему – дороги, ремонты, благоустройство, власть получит удовольствие от того, что бюджетные деньги потрачены с толком и экономно, а бизнес должен получить прибыль. Нарушьте это равновесие и начнется то, что происходит сегодня – привилегированные фирмы, откаты, низкое качество работ, война интересов, а в перспективе, извините, и потенциальный мордобой. Потому что агрессивность уже зашкалила.

— Ну, вот Прозорро же ввели. Там всё прозрачно…

— Prozorroo – это не правила, это инструмент. С его помощью действительно можно выбрать того, кто готов хорошо выполнить работу за меньшие деньги. Но в наших условиях даже Проззоро заканчивается победой не того, кто лучше, а того, у кого есть договоренности.

Это подковерные договоренности. А нужен публичный договор, при котором все могут одинаково работать и зарабатывать. При этом город будет понимать: куда и с каким результатом тратятся его деньги. Но договора такого сегодня нет и быть не может в ситуации, где решают не умом, а силой.

— Вы не слишком категоричны? Ведь сегодня воплощаются и ваши прошлые идеи, например, современные остановки общественного транспорта со встроенными торговыми помещениями, в строительство которых будет вкладывать деньги не бюджет, а бизнес.

— Об остановках? Да, хорошая была идея, несколько лет назад благодаря этому получилось придать нормальный вид многим остановкам и не тратить на это бюджетные деньги.

Но, на самом деле, конструкция остановки, которую показали в мэрии, достаточно дорогая. Под неё нужны инвестиционно привлекательные места, а таких в городе не более 50, половина из которых уже заняты. Поэтому, думаю, под эгидой красивой картинки, на самом деле, запланирован очередной передел.

К сожалению, здесь кроется главная системная ошибка. Оправдывать красивыми картинками игру в «а ну-ка, отними».

— Может, вы просто обижены на власть и отсюда все эти жесткие оценки? Ведь в процессе выборов днепровской мэрии едва ли не главным олицетворением грехов старой власти была история «о воровстве 96 объектов», в привязке к которой постоянно звучало ваше имя …

— Открою секрет: цифру 96 кто-то придумал. На самом деле было продано около 300 объектов коммунальной собственности. Эта история о том, как за долги коммунальных предприятий была реализована коммунальная собственность.  И будьте уверены – и победившие на скандалах, и те же самые правоохранители прекрасно знают, что эта история не о криминале. Периодически им выгодно выворачивать ситуацию наизнанку. Громче всех кричат «держи вора» те, кто в этот самый момент ворует.

Упомянутая вами коммунальная собственность пришла в город вместе с областными коммунальными предприятиями и их огромной кредиторской задолженностью. Десятки миллионов долгов перед бюджетом, по зарплате, перед Пенсионным фондом. Было два варианта решения – либо за счет бюджета погасить эти огромные долги, либо реализовать имущество предприятий, и за этот счет погасить долги.

Вопрос о том, почему решили продавать, а не тратить бюджетные деньги на погашение долгов – не ко мне, я такие решения не принимал. Но, как по мне, решение было правильным уже только потому, что штрафные санкции по долгам росли ежедневно. Имущество продали на публичных аукционах. За эти деньги погасили долги перед тем же Пенсионным фондом и сотни людей получили возможность оформить заслуженную пенсию.

Не украли, а продали. Украли – это если бы имущество ушло бесплатно, но покупатели за него заплатили. Почему сегодня опять кричат «украли»? Да потому что с их точки зрения имущество ушло «в неправильные руки», значит, его нужно забрать и опять перепродать, но уже в «правильные руки». Вот вам вся суть скандала и причина, по которой его бесконечно раздувают.

— Но это неправильный подход к городской собственности… Ведь сдавать в аренду, а не продавать — это выгодней городу!

— Нет. На мой взгляд, город должен иметь коммунальные помещения только для выполнения своих социальных функций – образование, медицина, спорт, культура, всё то, что называется скучным совковым словом соцкультбыт. И, естественно, для работы органов власти и нужных городу коммунальных предприятий. Всё остальное – какие-то склады, сараи, бывшие магазины или столовые на окраинах, сооружения вообще непонятного назначения, то, что не нужно для функционирования городского хозяйства – это всё должно быть немедленно публично и прозрачно продано на аукционах. Логика в этом простая: любое ненужное и бесхозное имущество – это почва для злоупотреблений и теневых схем. А самое главное — в содержании этого имущества нет здравого смысла и экономики.

Когда семь лет назад я инициировал создание реестра коммунальной собственности города, мы наконец навели порядок с его учетом, то по сравнению с прошлыми годами городской бюджет получил десятикратный рост доходов от аренды. Можно, конечно, погордиться. Но лучше взять в руки калькулятор: по действующему законодательству со всеми нормативами и коэффициентами город имел, грубо говоря, 3% годовых. При этом мэрия тогда вынуждена была брать банковские кредиты под 18-20%, чтобы строить инфраструктурные проекты. Вы видите в этом логику и экономику? Я не вижу.

Нужно продавать, не создавая при этом мэрии репутацию недобросовестного продавца, как это получается сегодня. Смотрите: город вчера продал имущество на открытых торгах и получил за него деньги, а сегодня тот же самый город, в котором только поменялись чиновники, забирает это имущество обратно, чтобы опять продать. Причем даже не дороже, а дешевле, так как количество денег у легального бизнеса за последние годы всё же уменьшилось. Чиновники — они приходят и уходят, а репутацию теряет город, теряет доверие бизнеса.

— То есть ваш совет состоит в том, что бизнесу через политику нужно искать тропинки или к власти, или во власть? Потому, что правила игры всё равно должны определять основные налогоплательщики.

— У нас странная ситуация. У нас почему-то легальный и принятый во всем мире институт лоббирования интересов во власти называется коррупцией. Поэтому бизнесу приходится идти во власть. А к тему, кому это удалось сделать, вынуждены обращаться менее удачливые коллеги, чтобы «решать вопросы». Это неправильно, это некрасиво, но это реальность, и последствия от неё самые негативные. Вот не имеют ФОПы представительства во власти – и получили в ответ такие законы, что сейчас в налоговую просто не пробиться – очереди мелких предпринимателей сутками стоят, чтобы сняться с регистрации.

Во всей нашей политике очень много лозунгов и ни на копейку нет прагматизма. Помните старую притчу о том, что нужно дать человеку для спасения от голода – рыбу или удочку? Так сегодня государство не дает людям ни того, ни другого. Более того, мелкие чиновники на местах озабочены только одним – забрать у людей и рыбу, и удочки, если вдруг они ранее этим добром обзавелись. Это не политика здорового государства по отношению к свои собственным гражданам. Это не прагматично и всегда чревато майданами. А я – прагматик, и политику вижу не как на бесконечный митинг, а как деловое совещание сторон, на котором создают компромиссный публичный договор для общественной пользы.

Договор, в котором не будет победителей и побежденных. Только в этом случае мы перестанем читать ежедневные новости о рукотворных конфликтах между мэрией и горожанами.

 

 

Светлана Федоренко

Сергей Иващук

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *